Статьи

 




dx.doi.org/ 10.18577/2307-6046-2019-0-12-88-98
УДК 543.6
Р. М. Дворецков, З. П. Уридия, Ф. Н. Карачевцев, Т. Н. Загвоздкина
ОПРЕДЕЛЕНИЕ ХИМИЧЕСКОГО СОСТАВА МАГНИЕВЫХ СПЛАВОВ МЕТОДОМ АТОМНО-ЭМИССИОННОЙ СПЕКТРОМЕТРИИ С ИНДУКТИВНО СВЯЗАННОЙ ПЛАЗМОЙ

Предложена методика определения легирующих элементов (Al, Mn, Zn, In, Cd, Li, Bi, Zr, Nb) методом атомно-эмиссионной спектрометрии с индуктивно связанной плазмой в магниевых сплавах. Выбраны свободные от существенных спектральных наложений аналитические линии элементов. Оценены пределы определения элементов. Исследована эффективность использования спектральных линий скандия, родия, бария в качестве элементов для внутренней стандартизации в условиях изменения мощности плазмы, распылительного потока аргона, скорости подачи раствора в распылительную камеру. В качестве внутреннего стандарта выбран барий. Проведена оценка метрологических характеристик методики с использованием модельных растворов. Проведена проверка правильности разработанной методики с использованием стандартных образцов магниевых сплавов и метода «введено-найдено».


Введение

Большой интерес к магниевым сплавам как к легким и сверхлегким конструкционным материалам определяется их малой плотностью при достаточно высокой прочности [1, 2]. Однако применение магниевых сплавов для изготовления длительно эксплуатируемых и высоконагруженных деталей техники ограничивается их невысокой коррозионной стойкостью и низким пределом текучести при сжатии [3, 4]. Поскольку свойства любого сплава сильно зависят от присутствия в нем различных элементов, то повышение свойств достигается в том числе введением и варьированием содержания различных легирующих добавок [5]. Комплексное легирование позволяет добиться значительного повышения коррозионной стойкости и улучшить механические и жаропрочные характеристики магниевых сплавов [6–9].

Серия стандартов ГОСТ 3240–76 включает описание фотометрических, гравиметрических, титриметрических и атомно-абсорбционных методик для определения 21 элемента. Все эти методы являются одноэлементными, а описанные методики применимы только для узких интервалов содержаний. Например, в ГОСТ 3240.5–76 «Сплавы магниевые. Методы определения циркония» используется титриметрический метод при массовой доле Zr от 0,05 до 1,5% или фотометрический метод при массовой доле Zr от 0,00005 до 0,01%.

Для точного, оперативного и одновременного определения сразу нескольких элементов в металлургических объектах используются спектральные методы [10, 11]. Так, ГОСТ 7728–79 устанавливает методы спектрального анализа с дуговым или искровым способом возбуждения спектра для определения 18 элементов. Однако модели спектрометров, используемые в этом нормативном документе, устарели и давно сняты с производства [12]. Кроме того, изменились системы легирования и диапазоны концентраций элементов в магниевых сплавах, а также отсутствуют необходимые для этих методов стандартные образцы (СО) современных марок магниевых сплавов [13–15].

Метод атомно-эмиссионной спектрометрии с индуктивно связанной плазмой (АЭС ИСП) позволяет определять одновременно легирующие и примесные элементы в широких диапазонах концентраций с высокой точностью (предел определения большинства элементов – на уровне 10-4% (по массе)) [16, 17]. Преимуществами метода являются градуировка с использованием стандартных растворов чистых элементов и возможность контроля правильности с использованием модельных растворов при отсутствии соответствующих СО.

В работе [18] описаны исследования, проведенные при разработке методики АЭС ИСП определения состава зарубежных магниевых сплавов, содержащих такие элементы, как Al, Ca, Cu, Fe, In, Mn, Ni, Si, Sr, Y, Zn, Zr и РЗМ. Использовалось растворение навески 0,2 г в 3 мл HCl+0,5 мл HNO3+1 капля HF+4 мл H2O при нагревании до температуры 110°C. Для определения элементов в растворах использовали АЭС ИСП спектрометр Varian 735-ES.

В аналитической лаборатории ФГУП «ВИАМ» разработана методика количественного определения РЗМ (Ce, Er, Gd, La, Nd, Y) в отечественных магниевых сплавах с помощью АЭС ИСП [19]. Для определения Si, Cu, Ni, Ti, Fe, Be, содержания которых в отечественных магниевых сплавах находятся на уровне от 0,0001 до 0,5% (по массе), выбран метод масс-спектрометрии с ИСП.

В данной работе представлена разработка методики АЭС ИСП (далее – методика) определения Al, Mn, Zn, In, Cd, Li, Bi, Zr, Nb в отечественных магниевых сплавах типа МА, МЛ, ВМЛ и ВМД в диапазонах, указанных в табл. 1.

Разработка методики включает выбор условий пробоподготовки (в том числе массу навески, объем кислот, разбавление), выбор условий измерения аналитического сигнала, оценку метрологических характеристик при определении элементов с использованием образцов сравнения, в качестве которых использованы модельные растворы.

Поскольку спектральные линии элементов, присутствующих в пробах, часто находятся настолько близко друг к другу, что перекрываются, и разрешение оптической системы спектрометра не всегда позволяет выделить аналитический сигнал, то для данной системы легирования необходимо исследовать спектральные влияния элементов друг на друга.

Для уменьшения неспектральных влияний, вызванных в процессе анализа колебаниями мощности плазмы, потоков аргона и т. д., в АЭС ИСП применяется внутренняя стандартизация, при которой в качестве сигнала используется отношение интенсивности спектральных линий аналита (определяемого элемента) и линии внутреннего стандарта (ВС). Для выбранных линий ВС необходимо проверить эффективность их использования при изменении таких условий, как величина распылительного потока аргона, мощность плазмы, скорость подачи раствора в распылительную камеру.

На завершающем этапе разработки для подтверждения правильности методики использовали аттестованные СО зарубежных магниевых сплавов.

 

Таблица 1

Содержание элементов по действующим нормативным документам

на магниевые сплавы и методы их анализа и по разработанной методике АЭС ИСП

Элемент

Содержание элементов, % (по массе)

ГОСТ 14957–76

ГОСТ 2856–79

ГОСТ 3240–76

ГОСТ 7728–79

по методике

Al

0,01–9,2

0,02–10,2

0,003–12

0,01–12

0,001–10

Zn

0,06–7

0,1–5

0,02–8

0,05–10

0,001–10

Li

7,5–11,5

10–25

8–12

1–12

Mn

0–2,5

0,1–0,5

0,01–3

0,01–2,5

0,001–3

In

0,2–0,8

0,05–2

0,2–1

0,005–2

Zr

0,05-0,9

0,4–1,1

0,00005–1,5

0,002–1

0,001–2

Cd

0,2–5

0,2–0,8

0,02–2

0,1–2

0,001–5

Bi

0,001–0,25

Nb

0,001–1

 

Работа проведена в рамках реализации комплексной научной проблемы 2.1. «Фундаментально-ориентированные исследования» («Стратегические направления развития материалов и технологий их переработки на период до 2030 года») [20].

 

Материалы и методы

Определение массовой доли элементов выполняли на спектрометре Agilent 5100 в режиме аксиального обзора плазмы. С учетом рекомендаций производителя прибора использовали следующие рабочие параметры: мощность плазмы 1,2 кВт; расход плазмообразующего потока газа 12 л/мин; расход газа, подаваемого на распылитель, 0,7 л/мин. Газ – аргон ВЧ 99,998% (объемн.).

Для выбора аналитических линий элементов и ВС, оценки метрологических характеристик методики использовали модельные растворы, приготовленные из государственных СО растворов ионов элементов.

По раствору холостого опыта (Х), содержащего только разбавленные кислоты (на 100 мл H2O соответственно 0,15 и 0,05 мл HCl и HNO3), на предварительно выбранных длинах волн λА измеряли интенсивности сигналов элементов, затем еще раз измеряли интенсивности сигналов на тех же длинах волн в растворах: А – содержащих только один элемент-аналит с концентрацией, близкой к минимальной; И – содержащих все остальные элементы-интерференты, взятые с максимальными концентрациями или больше.

Растворы А, содержащие только элементы-аналиты (Al, Mn, Zn, In, Cd, Li, Bi, Zr, Nb) концентрацией 0,1 мкг/мл (ppm), использовали для градуировки.

Растворы И, содержащие, за исключением соответствующего одного элемента-аналита, все остальные элементы концентрацией: 100 мкг/мл Mg и по 10 мкг/мл Al, Mn, Zn, In, Cd, Li, Bi, Zr, Nb, а также по 1 мкг/мл Fe, Cu, Ni, Ti, Y, – использовали для оценки спектральных наложений.

Для проверки правильности разработанной методики использовали зарубежные аттестованные стандартные образцы (certified reference materials – CRM) магниевых сплавов марок 58A ST2120A, 63X MGE2 (B) и 65X MGB4 (C).

При выборе необходимой массы навески и разбавлении учитывали содержание определяемых элементов, интенсивность предварительно выбранных аналитических линий и пределы определения элементов. Взвешивание проб проводили на прецизионных весах HR-200.

Навески проб СО магниевых сплавов помещали в пластиковые стаканы с крышками, растворяли в течение 10 мин без нагревания. В случае необходимости определения Zr и Nb добавляли еще 0,5 мл HF. При таком способе пробоподготовки разбавленные кислоты обеспечивают протекание химической реакции без резкого выделения газов и разбрызгивания растворов. После завершения растворения проб раствор количественно переносили в пластиковые мерные колбы вместимостью 100 мл и доводили до метки бидистиллированной водой. Затем растворы разбавляли и анализировали методом АЭС ИСП.

 

Результаты и обсуждение

Проведены измерения интенсивности сигнала в растворах холостого опыта (Х), растворах аналитов (А) и интерферентов (И). Результаты представлены в табл. 2.

 

Таблица 2

Результаты исследования интерференционных наложений

вблизи некоторых спектральных линий определяемых элементов*

Элемент-аналит,

(длина волны

λА, нм)

Ближайший интерферент

(длина волны

λИ, нм)

Интенсивность аналитического сигнала на длинах волн

аналитов, имп/с, в растворах

Предел

обнаружения

Сmin

«Мнимая»

концентрация аналита

в растворе И

Х

А

И

мкг/мл

Al (236,705)

Mn (236,690)

46

149

49

0,02

0,01

Al (237,312)

Nb (237,307)

66

244

70

0,01

0,002

Al (396,152)

Zr (396,159)

596

3326

2637

0,005

0,1

Bi (223,061)

25

75

20

0,006

0,004

Bi (289,799)

Nb (289,780)

11

22

274

0,1

1,6

Bi (302,464)

Nb (302,473)

11

33

2641

0,3

30,4

Cd (214,439)

Nb (214,449)

15

2487

17

0,001

0,0003

Cd (226,502)

22

6113

25

0,0003

0,0004

Cd (479,991)

930

965

907

0,2

0,1

In (230,606)

Mn (230,570)

20

145

26

0,03

0,01

In (303,936)

Nb (303,939)

32

126

1426

0,04

1,8

In (325,609)

Mn (325,613)

35

245

1079

0,02

0,5

Li (460,289)

Zr (460,257)

101

297

190

0,1

0,04

Li (610,365)

Ar (610,564)

37

4223

69

0,0003

0,0002

Li (670,783)

Ar (670,803)

3149

193838

4140

0,0003

0,0004

Mn (260,568)

Fe (260,565)

27

2168

168

0,002

0,01

Mn (293,305)

Nb (293,266)

36

2405

104

0,003

0,004

Mn (293,931)

36

4487

177

0,003

0,004

Nb (294,154)

Mn (294,156)

39

383

39

0,005

0,003

Nb (295,088)

Mn (295,117)

31

497

58

0,005

0,005

Nb (313,078)

OH (313,057)

38

1467

111

0,001

0,01

Zn (202,548)

Mn (202,543)

162

3248

168

0,002

0,001

Zn (206,200)

Nb (206,199)

27

350

32

0,005

0,006

Zn (328,233)

Y (328,245)

25

141

43

0,1

0,007

Zr (327,307)

Mn (327,301)

62

4621

78

0,001

0,001

Zr (343,823)

Nb (343,842)

134

10295

178

0,001

0,001

Zr (395,823)

Ti (395,821)

82

2188

96

0,01

0,01

* Линии, признанные годными, выделены шрифтом.

В случае высокой «мнимой» концентрации аналитов в растворах с интерферентами – а именно, превышение более чем в 2 раза предела обнаружения Сmin, рассчитанного как три стандартных квадратических отклонения (СКО) десяти параллельных измерений раствора холостого опыта, – делали заключение о значимых интерференциях. Кроме того, в случае разного значения предела обнаружения на выбранных линиях в дальнейшем использовалась та, предел обнаружения на которой меньше.

Для иллюстрации полученных из табл. 2 данных на рис. 1 представлен вид спектров вблизи исследуемых линий Al (а), Bi (б), Cd (в), In (г), Li (д), Mn (е), Nb (ж), Zn (з), Zr (и).

 

 

 

Рис. 1. Спектры растворов для элементов-аналитов (——) и элементов-интерферентов (- - -)

 

Рис. 1 (продолжение). Спектры растворов для элементов-аналитов (——) и элементов-интерферентов (- - -)

 

С учетом данных, представленных в табл. 2, и соответствующих спектров на рис. 1 выбраны аналитические линии для определения Al, Mn, Zn, In, Cd, Li, Bi, Zr, Nb в магниевых сплавах, свободные от значимых спектральных наложений (табл. 3). Для выбранных аналитических линий проведена оценка предела определения элементовСlim, который рассчитан как три СКО десяти параллельных измерений раствора с 1,6 г/л Mg.

 

Таблица 3

Результаты выбора спектральных линий, свободных от значимых интерференционных наложений, и пределы определения элементов в растворе с 1,6 г/л Mg

Элемент

Длина волны

аналитической линии, нм

Сlim,

% (по массе)

Длина волны альтернативной

аналитической линии, нм

С*lim,

% (по массе)

Al

237,312

0,0009

236,705

0,0011

Bi

223,061

0,0011

222,821

0,0012

Cd

214,439

0,0001

226,502

0,0001

In

230,606

0,0008

410,176

0,0011

Li

610,365

0,0001

670,783

0,00001

Mn

293,931

0,0001

293,305

0,0003

Nb

288,317

0,0006

294,154

0,0007

Zn

202,548

0,0005

206,200

0,0007

Zr

343,823

0,00005

327,307

0,0002

* Для альтернативных аналитических линий.

На основании оценки пределов определения элементов установлены нижние границы значений определяемых содержаний по разрабатываемой методике и выбран объем аликвотных частей и разбавления для совместного определения элементов (табл. 4).

 

Таблица 4

Диапазоны определяемых содержаний и объемы аликвотной части и колбы

Определяемый элемент

Диапазоны определяемых содержаний, % (по массе)

Al, Zn, Li, Cd, In, Mn, Zr, Bi, Nb

От 0,001 до 0,1 (включительно)

Свыше 0,1

Аликвотная часть раствора, мл

20

2,5

Вместимость колбы, мл

25

50

Разбавление, раз

1,25

20

 

Для использования в качестве ВС при определении Al, Mn, Zn, In, Cd, Li, Bi, Zr, Nb в магниевых сплавах предварительно выбраны барий, скандий и родий. Данные элементы, как правило, не содержаться даже в виде примесей в исследуемых сплавах, остаются в растворе в присутствии используемых кислот и имеют свободные от спектральных наложений других элементов линии.

Для того чтобы оценить эффективность использования выбранных линий ВС, проведены эксперименты с изменением скорости подачи раствора в распылительную камеру, величины распылительного потока аргона и мощности генератора. При этом измеряли интенсивность аналитических линий элементов и ВС в модельном растворе, содержащем определяемые элементы и элементы ВС концентрацией 1 мкг/мл, а также 100 мкг/мл Mg. Результаты представлены на рис. 2–4.

 

 

Рис. 2. Изменение интенсивности сигнала элементов-аналитов (а) и внутренних стандартов (б) при изменении скорости подачи раствора в распылительную камеру

 

При разной скорости подачи анализируемого раствора в распылительную камеру, интенсивность аналитических линий элементов и линий ВС меняется приблизительно на одну и ту же величину.

В случае увеличения с небольшим шагом мощности генератора с 1,00 до 1,06 кВт интенсивность эмиссии элементов и ВС увеличивается, но в разной степени: например, для Al (λ=237,312 нм) и Li (λ=610,365 нм) – на 4% (отн.), а для Cd (λ=214,439 нм) и Zn (λ=202,548 нм) – более чем на 20% (отн.).

 

 

Рис. 3. Изменение интенсивности сигнала элементов-аналитов (а) и внутренних стандартов (б) при изменении распылительного потока аргона

 

 

 

Рис. 4. Изменение интенсивности сигнала элементов-аналитов (а) и внутренних стандартов (б) при изменении мощности генератора

 

В случае увеличения потока газа, подаваемого на распылитель, в интервале от 0,65 до 0,80 л/мин интенсивность аналитических линий элементов и ВС уменьшается, при этом: для Al (λ=237,312 нм) и Li (λ=610,365 нм) – на 10 и 20% (отн.) соответственно, а для Cd (λ=214,439 нм) и Zn (λ=202,548 нм) – более чем на 50%(отн.).

Для того чтобы правильно скорректировать аналитический сигнал при случайных колебаниях мощности и потока газа распылителя, можно использовать любой из трех исследованных элементов (Sc, Rh, Ba), но для каждой линии элемента-аналита рекомендуется использовать подходящую линию ВС, интенсивность которой при изменении данных параметров меняется похожим образом (табл. 5). Кроме того, следует учитывать интенсивность спектральных линий ВС и значение СКО сигнала на этой длине волны: выбранные линии бария наиболее интенсивные и имеют низкое СКО, поэтому в дальнейшем в качестве ВС использовали барий.

Таблица 5

Аналитические линии элементов и соответствующие им спектральные линии

внутренних стандартов (ВС)

Элемент

Длина волны

аналитической линии, нм

Длина волны спектральной линии ВС, нм

Sc

Rh

Ba

Al

237,312

424,682

352,803

455,403

Bi

223,061

365,179

352,803

455,403

Cd

214,439

255,235

233,477

233,527

In

230,606

255,235

233,477

233,527

Li

610,365

365,179

352,803

455,403

Mn

293,931

365,179

233,477

233,527

Nb

288,317

365,179

233,477

233,527

Zn

202,548

255,235

233,477

233,527

Zr

343,823

365,179

352,803

455,403

 

Модельные растворы являлись образцами сравнения, опорные значения которых охватывали весь диапазон массовых долей элементов, предусмотренных разработанной методикой (табл. 1). Модельные растворы использовали для набора статистических данных и оценки метрологических характеристик по рекомендации РМГ 61-2010. Из каждого образца сравнения концентрацией 2 г/дм3 отбирали четыре серии (p) по шесть аликвотных частей (n) и проводили определение элементов при изменении факторов времени и оператора (лаборанта). Полученные данные использовали для оценки показателя повторяемости (СКО повторяемости) и показателя внутрилабораторной прецизионности (СКО внутрилабораторной прецизионности) при изменении факторов времени и оператора (лаборанта), а затем рассчитывали показатель точности – относительную погрешность. Результаты оценки метрологических характеристик методики, выраженные в относительных процентах, представлены в табл. 6.

 

Таблица 6

Метрологические характеристики методики определения элементов

в магниевых сплавах

Элемент

Содержание элементов,

% (по массе)

Относительная погрешность, %

(Р=0,95)

Показатель

повторяемости, %

Показатель

воспроизводимости, %

Al

0,001–0,005

20

5

15

0,005–0,01

7

2

5

0,01–12

2

0,5

1

Bi

0,001–0,005

20

5

15

0,005–0,01

7

2

5

0,01–0,25

2

0,5

1

Cd

0,001–5

2

0,5

1

In

0,005–0,01

8

3

3,5

0,01–2

2

0,5

1

Li

1–12

2

0,5

1

Mn

0,001–0,005

4

1

2

0,005–3

2

0,5

1

Nb

0,001–0,005

8

3

3,5

0,005–1

4

1

2

Zn

0,001–0,01

7

2

5

0,01–12

2

0,5

1

Zr

0,001–2

2

0,5

1

При построении градуировочных зависимостей использовали метод добавок. Для проверки правильности разработанной методики при определении Al, Zn, Mn, Cd использовали зарубежные СО категории CRM магниевых сплавов, при определении In, Li, Zr, Bi, Nb правильность проверяли методом «введено-найдено». Аттестованные значения элементов СО, введенные в растворы добавки элементов и результаты, полученные методом АЭС ИСП, представлены в табл. 7.

 

Таблица 7

Аттестованные значения стандартных образцов (СО) магниевых сплавов (± погрешность), введенные в растворы добавки элементов и результаты определения элементов

методом АЭС ИСП (±Δ) при n=4, P=0,95

Наименование СО

Содержание элементов, % (по массе)

Al

Zn

Mn

Li

Cd

In

Bi

Zr

Nb

58A ST2120A

6,40

(±0,05)

2,50

(±0,08)

0,35

(±0,01)

10

0,1

0,025

0,1

0,25

0,1

6,43

(±0,08)

2,47

(±0,03)

0,35

(±0,02)

9,85

(±0,3)

0,10

(±0,001)

0,023

(±0,005)

0,102

(±0,003)

0,027

(±0,002)

0,104

(±0,004)

63X MGE2 (B)

0,045

(±0,002)

0,024

(±0,001)

1,76

(±0,02)

1

0,0009

(±0,0001)

0,05

0,05

0,1

0,05

0,046

(±0,003)

0,025

(±0,001)

1,78

(±0,02)

0,99

(±0,06)

0,0008

(±0,0002)

0,048

(±0,005)

0,052

(±0,003)

0,102

(±0,003)

0,049

(±0,003)

65X MGB4 (C)

3,86

(±0,04)

0,33

(±0,01)

0,031

(±0,002)

5

0,00016

(±0,00004)

0,1

0,025

<0,001

0,025

3,82

(±0,07)

0,35

(±0,03)

0,032

(±0,002)

4,97

(±0,1)

0,00013

(±0,00005)

0,097

(±0,004)

0,028

(±0,003)

0,00004

(±0,00002)

0,023

(±0,004)

Примечание. Курсивом выделены введенные содержания элементов. Нижняя строка – результаты, полученные методом АЭС ИСП.

 

Правильность полученных результатов оценивали по критерию Стьюдента при P=0,95 и n=4 – между результатами анализа, полученными методом АЭС ИСП, аттестованными значениями СО или добавками элементов отсутствуют значимые расхождения.

 

Заключения

Таким образом, разработана методика определения легирующих элементов Al, Mn, Zn, In, Cd, Li, Bi, Zr, Nb в магниевых сплавах методом АЭС ИСП. Экспериментально подобраны аналитические линии для определения Al, Zn, Li, Cd, In, Mn, Zr, Bi, Nb. Выбран элемент для внутренней стандартизации – Ba. Проведены исследования метрологических характеристик методики с использованием модельных растворов: для содержаний элементов ˃0,005% (по массе) показатель повторяемости не превышает 3% (отн.), а показатель промежуточной прецизионности не превышает 5% (отн.), показатель точности не превышает 4% (отн.) для содержания элементов ˃0,01% (по массе) и 8% (отн.) для содержания элементов менее 0,005–0,01% (по массе).

Разработанная методика определения легирующих элементов (Al, Mn, Zn, In, Cd, Li, Bi, Zr, Nb) методом АЭС ИСП может применяться для определения состава современных магниевых сплавов типа ВМЛ и ВМД.


ЛИТЕРАТУРА REFERENCE LIST
1. Каблов Е.Н. Материалы и химические технологии для авиационной техники // Вестник Российской академии наук. 2012. Т. 82. №6. С. 520–530.
2. Xu T., Yang Y., Peng X., Song J., Pan F. Overview of advancement and development trend on magnesium alloy // Journal of Magnesium and Alloys. 2019. No. 7. P. 536–544. DOI: https://doi.org/10.1016/j.jma.2019.08.001.
3. Гнеденков А.С., Синебрюхов С.Л., Машталяр Д.В., Гнеденков С.В., Сергиенко В.И. Особенности развития коррозионного процесса на поверхности сплавов магния // Вестник Дальневосточного отделения Российской академии наук. 2012. №5 (165). С. 3–13.
4. Козлов И.А., Каримова С.А. Коррозия магниевых сплавов и современные методы их защиты // Авиационные материалы и технологии. 2014. №2. С. 15–20. DOI: 10.18577/2071-9140-2014-0-2-15-20.
5. Мухина И.Ю. Исследование металлических систем на основе магния и разработка принципов создания коррозионностойких магниевых сплавов // Металловедение и термическая обработка металлов. 2014. №7 (709). С. 46–53.
6. Мухина И.Ю., Уридия З.П., Трофимов Н.В. Коррозионностойкие литейные магниевые сплавы // Авиационные материалы и технологии. 2017. №2 (47). С. 15–23. DOI: 10.18577/2071-9140-2017-0-2-15-23.
7. Мухина И.Ю. Теоретические предпосылки и практические аспекты повышения коррозионной стойкости магниевых сплавов // Все материалы. Энциклопедический справочник. 2014. №2. С. 12–15.
8. Волкова Е.Ф., Акинина М.В., Мостяев И.В. Пути повышения основных механических характеристик магниевых деформируемых сплавов // Труды ВИАМ: электрон. науч.-технич. журн. 2017. №10 (58). Ст. 02. URL: http://www.viam-works.ru (дата обращения: 17.10.2019). DOI: 10.18577/2307-6046-2017-0-10-2-2.
9. Zhang X., Dai J., Zhang R., Ba Z., Birbilis N. Corrosion behavior of Mg–3Gd–1Zn–0.4Zr alloy with and without stacking faults // Journal of Magnesium and Alloys. 2019. No. 7. P. 240–248. DOI: https://doi.org/10.1016/j.jma.2019.02.009.
10. Карпов Ю.А., Барановская В.Б. Аналитический контроль – неотъемлемая часть диагностики материалов // Заводская лаборатория. Диагностика материалов. 2017. Т. 83. №1-I. С. 5–12.
11. Карпов Ю.А., Барановская В.Б. Проблемы стандартизации методов химического анализа в металлургии // Заводская лаборатория. Диагностика материалов. 2019. Т. 85. №1–2. С. 5–14.
12. Гаранин В.Г. Применение спектрометра «Гранд-эксперт» для определения состава металлов и сплавов на основе магния, титана и алюминия // Заводская лаборатория. Диагностика материалов. 2015. Т. 81. №1. Ч. 2. С. 79–88.
13. Каблов Е.Н., Волкова Е.Ф., Филонова Е.В. Влияние РЗЭ на фазовый состав и свойства нового жаропрочного магниевого сплава системы Mg–Zn–Zr–РЗЭ // Металловедение и термическая обработка металлов. 2017. №7 (745). С. 19–26.
14. Волкова Е.Ф., Антипов В.В., Морозова Г.И. Особенности формирования структуры и фазового состава деформированных полуфабрикатов из серийного сплава МА14 // Авиационные материалы и технологии. 2011. №3. С. 8–15.
15. Дуюнова В.А., Волкова Е.Ф., Уридия З.П., Трапезников А.В. Динамика развития магниевых и литейных алюминиевых сплавов // Авиационные материалы и технологии. 2017. №S. С. 225–241. DOI: 10.18577/2071-9140-2017-0-S-225-241.
16. Карпов Ю.А. Аналитический контроль металлургического производства. М.: Металлургия, 1995. С. 97–107.
17. Отто М. Современные методы аналитической химии в 2 т. М.: Техносфера, 2003. Т. I. 416 с.
18. Fariñas J.C., Rucandio I., Pomares-Alfonso M.S. et al. Determination of rare earth and concomitant elements in magnesium alloys by inductively coupled plasma optical emission spectrometry // Talanta. 2016. No. 154. P. 53–62. DOI: 10.1016/j.talanta.2016.03.047.
19. Дворецков Р.М., Барановская В.Б., Карачевцев Ф.Н., Летов А.Ф. Определение редкоземельных металлов в магниевых сплавах методом атомно-эмиссионной спектрометрии с индуктивно-связанной плазмой // Измерительная техника. 2019. №4. С. 62–66.
20. Каблов Е.Н. Инновационные разработки ФГУП «ВИАМ» ГНЦ РФ по реализации «Стратегических направлений развития материалов и технологий их переработки на период до 2030 года» // Авиационные материалы и технологии. 2015. №1 (34). С. 3–33. DOI: 10.18577/2071-9140-2015-0-1-3-33.
1. Kablov E.N. Materialy i khimicheskiye tekhnologii dlya aviatsionnoy tekhniki [Materials and chemical technologies for aviation technology] // Vestnik Rossiyskoy akademii nauk. 2012. T. 82. №6. S. 520–530.
2. Xu T., Yang Y., Peng X., Song J., Pan F. Overview of advancement and development trend on magnesium alloy // Journal of Magnesium and Alloys. 2019. No. 7. P. 536–544. DOI: https://doi.org/10.1016/j.jma.2019.08.001.
3. Gnedenkov A.S., Sinebryukhov S.L., Mashtalyar D.V., Gnedenkov S.V., Sergiyenko V.I. Osobennosti razvitiya korrozionnogo protsessa na poverkhnosti splavov magniya [Features of the development of the corrosion process on the surface of magnesium alloys] // Vestnik Dalnevostochnogo otdeleniya Rossiyskoy akademii nauk. 2012. №5 (165). S. 3–13.
4. Kozlov I.A., Karimova S.A. Korrozija magnievyh splavov i sovremennye metody ih zashhity [Corrosion of magnesium alloys and modern methods of their protection] // Aviacionnye materialy i tehnologii. 2014. №2. S. 15–20. DOI: 10.18577/2071-9140-2014-0-2-15-20.
5. Mukhina I.Yu. Issledovaniye metallicheskikh sistem na osnove magniya i razrabotka printsipov sozdaniya korrozionnostoykikh magniyevykh splavov [The study of metal systems based on magnesium and the development of principles for creating corrosion-resistant magnesium alloys] // Metallovedeniye i termicheskaya obrabotka metallov. 2014. №7 (709). S. 46–53.
6. Mukhina I.Yu., Uridiya Z.P., Trofimov N.V. Korrozionnostoykiye liteynyye magniyevyye splavy [Сorrosion-resistant casting magnesium alloys] // Aviacionnye materialy i tehnologii. 2017. №2 (47). S. 15–23. DOI: 10.18577/2071-9140-2017-0-2-15-23.
7. Mukhina I.Yu. Teoreticheskiye predposylki i prakticheskiye aspekty povysheniya korrozionnoy stoykosti magniyevykh splavov [Theoretical background and practical aspects of increasing the corrosion resistance of magnesium alloys] // Vse materialy. Entsiklopedicheskiy spravochnik. 2014. №2. S. 12–15.
8. Volkova E.F., Akinina M.V., Mostyaev I.V. Puti povysheniya osnovnyh mehanicheskih harakteristik magnievyh deformiruemyh splavov [The ways of rising of wrought magnesium alloys main mechanical characteristics] // Trudy VIAM: elektron. nauch.-tehnich. zhurn. 2017. №10 (58). St. 02. Available at: http://www.viam-works.ru (accessed: October 17, 2019). DOI: 10.18577/2307-6046-2017-0-10-2-2.
9. Zhang X., Dai J., Zhang R., Ba Z., Birbilis N. Corrosion behavior of Mg–3Gd–1Zn–0.4Zr alloy with and without stacking faults // Journal of Magnesium and Alloys. 2019. No. 7. P. 240–248. DOI: https://doi.org/10.1016/j.jma.2019.02.009.
10. Karpov Yu.A., Baranovskaya V.B. Analiticheskiy kontrol – neotemlemaya chast diagnostiki materialov [Analytical control is an integral part of material diagnostics] // Zavodskaya laboratoriya. Diagnostika materialov. 2017. T. 83. №1-I. S. 5–12.
11. Karpov Yu.A., Baranovskaya V.B. Problemy standartizatsii metodov khimicheskogo analiza v metallurgii [Problems of standardization of chemical analysis methods in metallurgy] // Zavodskaya laboratoriya. Diagnostika materialov. 2019. T. 85. №1–2. S. 5–14.
12. Garanin V.G. Primeneniye spektrometra «Grand-ekspert» dlya opredeleniya sostava metallov i splavov na osnove magniya, titana i alyuminiya [The use of the «Grand-ekspert» spectrometer to determine the composition of metals and alloys based on magnesium, titanium and aluminum] // Zavodskaya laboratoriya. Diagnostika materialov. 2015. T. 81. №1. Ch. 2. S. 79–88.
13. Kablov E.N., Volkova E.F., Filonova E.V. Vliyaniye RZE na fazovyy sostav i svoystva novogo zharoprochnogo magniyevogo splava sistemy Mg–Zn–Zr–RZE [The effect of REE on the phase composition and properties of a new heat-resistant magnesium alloy of the Mg–Zn–Zr–REE system] // Metallovedeniye i termicheskaya obrabotka metallov. 2017. №7 (745). S. 19–26.
14. Volkova E.F., Antipov V.V., Morozova G.I. Osobennosti formirovanija struktury i fazovogo sostava deformirovannyh polufabrikatov serijnogo splava MA14 [Features of forming of structure and phase structure of the deformed semi-finished products of serial alloy МА14] // Aviacionnye materialy i tehnologii. 2011. №3. S. 8–15.
15. Duyunova V.A., Volkova E.F., Uridiya Z.P., Trapeznikov A.V. Dinamika razvitiya magnievyh i litejnyh alyuminievyh splavov [Dynamics of the development of magnesium and cast aluminum alloys] // Aviacionnye materialy i tehnologii. 2017. №S. S. 225–241. DOI: 10.18577/2071-9140-2017-0-S-225-241.
16. Karpov Yu.A. Analiticheskiy kontrol metallurgicheskogo proizvodstva [Analytical control of metallurgical production]. M.: Metallurgiya, 1995. S. 97–107.
17. Otto M. Sovremennyye metody analiticheskoy khimii v 2 t. [Modern methods of analytical chemistry in 2 vol.]. M.: Tekhnosfera, 2003. T. I. 416 s.
18. Fariñas J.C., Rucandio I., Pomares-Alfonso M.S. et al. Determination of rare earth and concomitant elements in magnesium alloys by inductively coupled plasma optical emission spectrometry // Talanta. 2016. No. 154. P. 53–62. DOI: 10.1016/j.talanta.2016.03.047.
19. Dvoretskov R.M., Baranovskaya V.B., Karachevtsev F.N., Letov A.F. Opredeleniye redkozemelnykh metallov v magniyevykh splavakh metodom atomno-emissionnoy spektrometrii s induktivno-svyazannoy plazmoy [Determination of rare-earth metals in magnesium alloys by inductively coupled plasma atomic emission spectrometry] // Izmeritelnaya tekhnika. 2019. №4. S. 62–66.
20. Kablov E.N. Innovacionnye razrabotki FGUP «VIAM» GNC RF po realizacii «Strategicheskih napravlenij razvitiya materialov i tehnologij ih pererabotki na period do 2030 goda» [Innovative developments of FSUE «VIAM» SSC of RF on realization of «Strategic directions of the development of materials and technologies of their processing for the period until 2030»] // Aviacionnye materialy i tehnologii. 2015. №1 (34). S. 3–33. DOI: 10.18577/2071-9140-2015-0-1-3-33.
Вы можете оставить комментарий к статье. Для этого необходимо зарегистрироваться на сайте.