Статьи

 




dx.doi.org/ 10.18577/2307-6046-2016-0-1-17-24
УДК 629.7.023.222
А. А. Смирнов, С. А. Будиновский, П. В. Матвеев, Д. А. Чубаров
РАЗРАБОТКА ТЕПЛОЗАЩИТНЫХ ПОКРЫТИЙ ДЛЯ ЛОПАТОК ТВД ИЗ НИКЕЛЕВЫХ МОНОКРИСТАЛЛИЧЕСКИХ СПЛАВОВ ВЖМ4, ВЖМ5У

Проведены исследования изотермической жаростойкости образцов из никелевых монокристаллических сплавов ВЖМ4 и ВЖМ5У для лопаток турбины высокого давления (ТВД) с теплозащитными покрытиями (ТЗП) при температурах 1200 и 1150°С на базе испытаний 100 и 500 ч. Приведены результаты металлографических исследований образцов.

Ключевые слова: теплозащитные покрытия, ионно-плазменная технология, магнетронное распыление, жаростойкость, защита жаропрочных сплавов, покрытия для лопаток турбины

Введение

Модернизация и развитие отечественной авиационной промышленности требуют разработки и внедрения безуглеродистых жаропрочных никелевых сплавов для литья лопаток турбин с монокристаллической структурой. В связи с этим в ВИАМ с помощью метода компьютерного моделирования разработаны жаропрочные никелевые сплавы 4-го поколения ВЖМ4 и ВЖМ5 для литья лопаток перспективных авиационных турбин. Новые сплавы по характеристикам длительной прочности и плотности не уступают сплавам аналогичного назначения, разработанным в США (ЕРM-102, фирма General Electric) и Франции (MC-NG, фирма ONERA), и обеспечивают при существующих температурно-силовых режимах увеличение в 4–6 раз ресурса работы лопаток или повышение на 50–60°С рабочей температуры турбин [1–4]. Однако для обеспечения длительного ресурса работы рабочих лопаток турбины в условиях интенсивных теплосмен необходима их защита специальными покрытиями, предотвращающими разрушение поверхности пера лопатки в продуктах горения авиационного топлива при высоких эксплуатационных температурах до 1200°С [5–10]. В настоящее время отсутствуют систематические исследования теплозащитных покрытий (ТЗП) для монокристаллических сплавов типа ВЖМ, содержащих рений и рутений. За рубежом для защиты деталей турбин при рабочих температурах до 1100–1150°С применяют многослойные покрытия PWA286 (фирма Pratt & Whitney Company), RT31 и MDC-150 (фирма Chromalloy Research Corp.). Исследование теплозащитных покрытий для монокристаллических рабочих лопаток из сплавов ВЖМ4 и ВЖМ5У при рабочих температурах до 1150–1200°С является актуальной задачей в связи с разработкой новых авиационных ГТД предприятиями отрасли.

 

Материалы и методы

Исследования проводили на цилиндрических образцах с монокристаллической структурой из жаропрочных никелевых сплавов ВЖМ4 и ВЖМ5У. Конструкция теплозащитного покрытия представлена на рис. 1. В качестве жаростойкого слоя ТЗП использовали экспериментальные и серийные сплавы, применяемые для изготовления ионно-плазменных покрытий: СДП-41 (Ni–Cr–Al–Ta–Re–Y–Hf); ВСДП-4 (Ni–Al–Cr–Hf); ВСДП-3 (Ni–Cr–Al–Re–Y–Hf); ВСДП-16 (Al–Ni–Y).

Рис. 1. Конструкция теплозащитного покрытия

 

Жаростойкие слои ТЗП нанесены на промышленной ионно-плазменной установке с автоматизированной системой управления технологическим процессом (АСУТП) типа МАП-2. После напыления материала покрытия проводили высокотемпературный вакуумный отжиг (при 1050°С, 3 ч), необходимый для формирования покрытия и релаксации напряжений. С целью увеличения количества алюминия в поверхностном слое покрытия, необходимого для повышения жаростойкости полученного ТЗП, проводили дополнительное алитирование поверхности отожженных образцов на установке МАП-2 с использованием серийного катода из сплава на алюминиевой основе ВСДП-16 [11–15].

Керамический слой теплозащитного покрытия, наносимый на установке УОКС-2 на базе магнетронных распылителей повышенной частоты из мишеней, изготовленных на основе циркониевого сплава системы Zr–7,75Gd–7,75Y в среде рабочего газа кислорода и аргона, состоит из оксидов редкоземельных металлов с низким коэффициентом теплопроводности. Рабочий газ обеспечивает распыление мишени и генерацию потока атомов металла, направленного к поверхности покрываемых деталей. Формирование керамического слоя на поверхности деталей происходит в процессе плазмохимического взаимодействия атомов металла с атомами кислорода, которые вступают в реакцию, образуя химическое соединение [16–20].

Для проведения испытаний и исследований выбраны комплексные теплозащитные покрытия следующих составов:

– СДП-41 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм);

– ВСДП-4 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм);

– ВСДП-3 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм).

Испытания на изотермическую жаростойкость образцов из сплавов ВЖМ4 и ВЖМ5У с ТЗП проводили в камерной электропечи Nabertherm: в закрытых керамических тиглях в спокойной атмосфере печи (на воздухе) при температурах 1150 (500 ч) и 1200°С (100 ч) в соответствии с ГОСТ 6130. Оценка жаростойких свойств образцов из сплава ВЖМ4 и ВЖМ5У с ТЗП осуществлялась гравиметрическим методом путем их взвешивания в процессе испытаний и определения удельного изменения массы без учета массы окалины, осыпавшейся с поверхности. Измерение массы образцов проводилось после 25, 50, 100, 250 и 500 циклов испытаний. Удельное изменение массы образцов (Δmτ, г/м2) рассчитывалось по формуле

Δmτ=(mτ-m0)/S,

где mτ – масса образца после τ часов испытаний, г; m0 – масса образца в исходном состоянии, г; S – площадь поверхности образца в исходном состоянии, м2.

Микроструктуру композиции «сплав–покрытие» исследовали на растровом электронном микроскопе FEI Inspect f50.

 

Результаты

Проведены металлографические (электронная микроскопия) и металлофизические (рентгенофазовый анализ) исследования образцов из сплавов ВЖМ4 и ВЖМ5У с теплозащитными покрытиями в исходном состоянии (рис. 2).

По результатам расшифровки дифрактограмм, полученных после рентгенофазового анализа, установлено, что во всех исследованных образцах основной фазой в покрытии является тетрагональный оксид на основе системы Zr–Gd–Y, обеспечивающий стойкость к спеканию и длительную работоспособность керамического слоя при высоких температурах.

Рис. 2. Микроструктура образцов из никелевых сплавов  ВЖМ5У (а, в, д) и ВЖМ4 (б, г, е) с теплозащитными покрытиями (в исходном состоянии):

а, б – СДП-41+ВСДП-16+ТО+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O; в, г – ВДСП-4+ВСДП-16+ТО+ВСДП-16+
+ТО+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O; д, е – ВСДП-3+ВСДП-16+ТО+ВСДП-16+ТО+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O

 

 

Методом растровой электронной микроскопии исследована микроструктура образцов из сплавов ВЖМ4 и ВЖМ5У с теплозащитными покрытиями. Показано, что в исходном состоянии керамический слой ТЗП имеет характерную столбчатую структуру. Результаты измерения толщин полученных защитных жаростойких и керамических слоев ТЗП, сформированных на образцах, приведены в табл. 1.

 

Таблица 1

Толщины защитных жаростойких покрытий

Сплав

Покрытие

Толщина слоя, мкм

жаростойкого

оксидного

керамического

ВЖМ5У

СДП-41 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+

+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

85

2–3

60

ВСДП-4 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+

+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

90

2–3

60

ВСДП-3 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+

+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

95

2–3

70

ВЖМ4

СДП-41 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+

+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

90

2–3

60

ВСДП-4 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+

+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

95

2–3

60

ВСДП-3 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+

+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

90

2–3

65

 

В результате проведенных исследований микроструктур образцов из сплавов ВЖМ4 и ВЖМ5У с ТЗП были получены данные о толщинах керамического, клеящего алюминидного и жаростойкого слоев. Толщина керамического слоя составляет 60–70 мкм, структура покрытия представляет собой направленные перпендикулярно к поверхности сплава выращенные в среде аргона и кислорода керамические столбцы на основе диоксида циркония, стабилизованного диоксидом иттрия и гадолиния. Толщина клеящего оксидного слоя на основе оксида алюминия, являющегося переходным между жаростойким и керамическим покрытиями, на всех образцах составляет 2–3 мкм. Толщина жаростойких слоев ТЗП составляет 80–90 мкм, покрытия имеют характерное двухзонное строение: верхний «темный» слой покрытия состоит из фазы β-(NiAl) – это бόльшая часть покрытия с повышенным содержанием алюминия (20–25% (по массе)), которая обеспечивает защиту основы сплава от интенсивного окисления в процессе высокотемпературной эксплуатации, в «светлом» слое содержание алюминия составляет 10–15% (по массе).

Потери удельной массы образцов из сплава ВЖМ4 после 500 ч испытаний на изотермическую жаростойкость при 1150°С и 100 ч при 1200°С с теплозащитными покрытиями и без них приведены в табл. 2 и 3.

Таблица 2

Удельное изменение массы образцов из сплава ВЖМ4 с покрытиями и без них

после испытаний на изотермическую жаростойкость при 1150°С в течение 500 ч

Покрытие

Удельный унос, г/м2

Без покрытия

2694

СДП-41 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

50,4

ВСДП-4 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

38,8

ВСДП-3 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

137,5

 

Таблица 3

Удельное изменение массы образцов из сплава ВЖМ4 с покрытиями и без них

после испытаний на изотермическую жаростойкость 1200°С в течение 100 ч

Покрытие

Удельный унос, г/м2

Без покрытия

1418

СДП-41 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

52,1

ВСДП-4 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

91,5*

ВСДП-3 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

227*

* Сколы керамического слоя на поверхности образца.

 

По результатам испытаний образцов из сплава ВЖМ4 с теплозащитными покрытиями на изотермическую жаростойкость при температурах 1150 и 1200°С высокими жаростойкими свойствами характеризуются покрытия СДП-41+ВСДП-16+ТО+ВСДП-16+ТО+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O и ВСДП-4+ВСДП-16+ТО+ВСДП-16+ТО+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O, обладающие наименьшим удельным уносом массы. После проведенной длительной высокотемпературной изотермической выдержки крупных сколов и отслоений поверхностного керамического слоя покрытия не обнаружено.

Потери удельной массы образцов из сплава ВЖМ5У после испытаний на изотермическую жаростойкость при 1150 (500 ч) и 1200°С (100 ч) с теплозащитными покрытиями и без них приведены в табл. 4 и 5.

 

Таблица 4

Удельное изменение массы образцов из сплава ВЖМ5У с покрытиями и без них

после испытаний на изотермическую жаростойкость при 1150°С в течение 500 ч

Покрытие

Удельный унос, г/м2

Без покрытия

1254

СДП-41 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

55,2

ВСДП-4 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

270,1*

ВСДП-3 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

70,3

* Сколы керамического слоя на поверхности образца.

 

Таблица 5

Удельное изменение массы образцов из сплава ВЖМ5У с покрытиями и без них

после испытаний на изотермическую жаростойкость при 1200°С в течение 100 ч

Покрытие

Удельный унос, г/м2

Без покрытия

798

СДП-41 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

131,9*

ВСДП-4 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

351,7**

ВСДП-3 (80 мкм)+ВСДП-16 (60 г/м2)+ТО+ВСДП-16 (35 г/м2)+ТО+

+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O (60–70 мкм)

291,6**

(скол после 80 ч)

  * Небольшие сколы керамического слоя на поверхности образца.

** Скол керамического слоя со всей поверхности образца.

 

По результатам испытаний образцов из сплава ВЖМ5У с теплозащитными покрытиями на изотермическую и циклическую жаростойкость при температурах 1150 и 1200°С высокими жаростойкими свойствами характеризуется покрытие СДП-41+ВСДП-16+ТО+ВСДП-16+ТО+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O, обладающее наименьшим удельным уносом массы. После проведенной длительной высокотемпературной изотермической выдержки крупных сколов и отслоений поверхностного керамического слоя покрытия не обнаружено.

 

Обсуждение и заключения

Проведены испытания на изотермическую жаростойкость образцов из сплавов ВЖМ4, ВЖМ5У с комплексными теплозащитными покрытиями при температурах 1150 и 1200°С на базе испытаний 500 и 100 ч соответственно.

По результатам проведенных исследований установлено:

– теплозащитные покрытия СДП-41 (Ni–Cr–Al–Y–Ta–Re–Hf)+ВСДП-16 (Al–Ni–Y)+
+ТО+ВСДП-16 (Al–Ni–Y)+ТО+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O и ВСДП-4 (Ni–Cr–Al–Y–Hf)+
+ВСДП-16 (Al–Ni–Y)+ТО+ВСДП-16 (Al–Ni–Y)+ТО+(Zr–7,75Gd–7,75Y) обеспечивают длительную защиту сплава ВЖМ4;

– комплексное теплозащитное покрытие СДП-41 (Ni–Cr–Al–Y–Ta–Re–Hf)+ВСДП-16 (Al–Ni–Y)+ТО+ВСДП-16 (Al–Ni–Y)+ТО+(Zr–7,75Gd–7,75Y)O обеспечивает длительную защиту сплава ВЖМ5У.


ЛИТЕРАТУРА REFERENCE LIST
1. Каблов Е.Н., Петрушин Н.В., Светлов И.Л., Демонис И.М. Никелевые литейные жаропрочные сплавы нового поколения // Авиационные материалы и технологии. 2012. №S. С. 36–52.
2. Жаропрочный сплав на основе никеля: пат. 2402624 Рос. Федерация; опубл. 16.06.09.
3. Жаропрочный литейный сплав на основе никеля и изделие, выполненное из него: пат. 2365656 Рос. Федерация; опубл. 30.01.08.
4. Петрушин Н.B., Оспенникова О.Г., Висик E.M. и др. Жаропрочные никелевые сплавы низкой плотности // Литейное производство. 2012. №6. С. 5–11.
5. Каблов Е.Н., Мубояджян С.А. Жаростойкие и теплозащитные покрытия для лопаток турбины высокого давления перспективных ГТД // Авиационные материалы и технологии. 2012. №S. С. 60–70.
6. Kablov E.N., Muboyadzhyan S.A. Heat-resistant coatings for the high-pressure turbine blades of promising GTES // Russian metallurgy (Metally). 2012. №1. P. 1–7.
7. Будиновский С.А., Матвеев П.В., Смирнов А.А. Исследование жаростойкости литейных жаропрочных никелевых сплавов в области температур 1000–1200°С // Авиационная промышленность. 2014. №2. С. 48–52.
8. Каблов Е.Н., Мубояджян С.А., Будиновский С.А., Луценко А.Н. Ионно-плазменные защитные покрытия для лопаток газотурбинных двигателей // Металлы. 2007. №5. С. 23–34.
9. Muboyadzhyan S.A., Kablov E.N. Vacuum plasma technique of protective coatings production of complex alloys // Metal Sciens and Heat Treatment. 1995. №2. P. 15–18.
10. Мубояджян С.А., Будиновский С.А., Гаямов А.М., Матвеев П.В. Высокотемпературные жаростойкие покрытия и жаростойкие слои для теплозащитных покрытий // Авиационные материалы и технологии. 2013. №1. С. 17–20.
11. Будиновский С.А., Мубояджян С.А., Гаямов А.М., Косьмин А.А. Жаростойкие ионно-плазменные покрытия для лопаток турбин из никелевых сплавов, легированных рением // МиТОМ. 2008. №6. C. 31–36.
12. Гаямов А.М., Будиновский С.А., Мубояджян С.А., Косьмин А.А. Выбор жаростойкого покрытия для жаропрочного никелевого рений-рутенийсодержащего сплава марки ВЖМ4 // Труды ВИАМ: электрон. науч.-технич. журн. 2014. №1. Ст. 01. URL: http://www.viam-works.ru (дата обращения: 15.09.2015).
13. Чубаров Д.А., Будиновский С.А. Выбор керамического материала для теплозащитных покрытий лопаток авиационных турбин на рабочие температуры до 1400°С // Труды ВИАМ: электрон. науч.-технич. журн. 2015. №4. Ст. 07. URL: http://viam-works.ru (дата обращения: 15.09.2015).
14. Чубаров Д.А., Матвеев П.В. Новые керамические материалы для теплозащитных покрытий рабочих лопаток ГТД // Авиационные материалы и технологии. 2013. №4. С. 43–46.
15. Каблов Е.Н., Мубояджян С.А. Теплозащитные покрытия для лопаток турбины высокого давления перспективных ГТД // Металлы. 2012. №1. С. 5–13.
16. Каблов Е.Н., Мубояджян С.А., Будиновский С.А., Помелов Я.А. Ионно-плазменные защит-ные покрытия для лопаток газотурбинных двигателей // Конверсия в машиностроении. 1999. №2. С. 42–47.
17. Мубояджян С.А., Будиновский С.А., Гаямов А.М., Смирнов А.А. Получение керамических теплозащитных покрытий для рабочих лопаток турбин авиационных ГТД магнетронным методом // Авиационные материалы и технологии. 2012. №4. С. 3–8.
18. Будиновский С.А., Мубояджян С.А., Гаямов А.М. Современное состояние и основные тенденции развития высокотемпературных теплозащитных покрытий для рабочих лопаток турбин авиационных ГТД // Авиационная промышленность. 2008. №4. С. 33–37.
19. Матвеев П.В., Будиновский С.А., Чубаров Д.А., Технология получения ионно-плазменных жаростойких подслоев с повышенным содержанием алюминия для перспективных ТЗП // Авиационные материалы и технологии. 2014. №S5. С. 56–60.
20. Матвеев П.В., Будиновский С.А., Чубаров Д.А. Современные способы нанесения теплозащитных покрытий на лопатки газотурбинных двигателей (обзор) // Авиационные материалы и технологии. 2014. №S5. С. 38–44.
1. Kablov E.N., Petrushin N.V., Svetlov I.L., Demonis I.M. Nikelevye litejnye zharoprochnye splavy novogo pokoleniya [Nickel foundry heat resisting alloys of new generation] // Aviacionnye materialy i tehnologii. 2012. №S. C. 36–52.
2. Zharoprochnyj splav na osnove nikelja [Hot strength alloy on the basis of nickel]: pat. 2402624 Ros. Federaciya; opubl. 16.06.09.
3. Zharoprochnyj litejnyj splav na osnove nikelya i izdelie, vypolnennoe iz nego [Heat resisting cast alloy on the basis of nickel and the product which has been executed of it ]: pat. 2365656 Ros. Federaciya; opubl. 30.01.08.
4. Petrushin N.B., Ospennikova O.G., Visik E.M. i dr. Zharoprochnye nikelevye splavy nizkoj plotnosti [Heat resisting nickel alloys of low density] // Litejnoe proizvodstvo. 2012. №6. S. 5–11.
5. Kablov E.N., Muboyadzhyan S.A. Zharostojkie i teplozashhitnye pokrytiya dlya lopatok turbiny vysokogo davleniya perspektivnyh GTD [Heat resisting and heat-protective coverings for turbine blades of high pressure of perspective GTE] // Aviacionnye materialy i tehnologii. 2012. №S. S. 60–70.
6. Kablov E.N., Muboyadzhyan S.A. Heat-resistant coatings for the high-pressure turbine blades of promising GTES // Russian metallurgy (Metally). 2012. №1. P. 1–7.
7. Budinovskij S.A., Matveev P.V., Smirnov A.A. Issledovanie zharostojkosti litejnyh zharoprochnyh nikelevyh splavov v oblasti temperatur 1000–1200°C [Research of heat resistance of cast heat resisting nickel alloys in the field of temperatures 1000–1200°C] // Aviacionnaya promyshlennost. 2014. №2. S. 48–52.
8. Kablov E.N., Muboyadzhyan S.A., Budinovskij S.A., Lutsenko A.N. Ionno-plazmennye zashhitnye pokrytiya dlya lopatok gazoturbinnyh dvigatelej [Ion-plasma protecting covers for blades of gas turbine engines] // Metally. 2007. №5. S. 23–34.
9. Muboyadzhyan S.A., Kablov E.N. Vacuum plasma technique of protective coatings production of complex alloys // Metal Sciens and Heat Treatment. 1995. №2. P. 15–18.
10. Muboyadzhyan S.A., Budinovskij S.A., Gayamov A.M., Matveev P.V. Vysokotemperaturnye zharostojkie pokrytiya i zharostojkie sloi dlya teplozashhitnyh pokrytij [High-temperature heat resisting coverings and heat resisting layers for heat-protective coverings] // Aviacionnye materialy i tehnologii. 2013. №1. S. 17–20.
11. Budinovskij S.A., Muboyadzhyan S.A., Gayamov A.M., Kosmin A.A. Zharostojkie ionno-plazmennye pokrytiya dlya lopatok turbin iz nikelevyh splavov, legirovannyh reniem [Heat resisting ion-plasma coverings for blades of turbines from the nickel alloys alloyed by reniye] // MiTOM. 2008. №6. C. 31–36.
12. Gayamov A.M., Budinovskij S.A., Muboyadzhyan S.A., Kosmin A.A. Vybor zharostojkogo pokrytija dlya zharoprochnogo nikelevogo renij-rutenijsoderzhashhego splava marki VZhM4 [Selection of heat-resistant coating with metalloceramic barrier layer for protection of Re-Ru nickel-based superalloy] // Trudy VIAM: elektron. nauch.-tehnich. zhurn. 2014. №1. St. 01. Available at: http://www.viam-works.ru (accessed: September 15, 2015). DOI: 10.18577/2307-6046-2014-0-1-1-1.
13. Chubarov D.A., Budinovskij S.A. Vybor keramicheskogo materiala dlja teplozashhitnyh pokrytij lopatok aviacionnyh turbin na rabochie temperatury do 1400°C [Choosing ceramic materials for thermal barrier coating of GTE turbine blades on working temperatures up to 1400°С] // Trudy VIAM: elektron. nauch.-tehnich. zhurn. 2015. №4. St. 07. Available at: http://www.viam-works.ru (accessed: September 15, 2015). DOI: 10.18577/2307-6046-2015-0-4-7-7.
14. Chubarov D.A., Matveev P.V. Novye keramicheskie materialy dlya teplozashhitnyh pokrytij rabochih lopatok GTD [New ceramic materials for thermal barrier coating using in GTE turbine blades] // Aviacionnye materialy i tehnologii. 2013. №4. S. 43–46.
15. Kablov E.N., Muboyadzhyan S.A. Teplozashhitnye pokrytiya dlya lopatok turbiny vysokogo davleniya perspektivnyh GTD [Heat-protective coverings for turbine blades of high pressure of perspective GTE] // Metally. 2012. №1. S. 5–13.
16. Kablov E.N., Muboyadzhyan S.A., Budinovskij S.A., Pomelov Ya.A. Ionno-plazmennye zashhit-nye pokrytiya dlya lopatok gazoturbinnyh dvigatelej [Ion-plasma protecting covers for blades of gas turbine engines] // Konversiya v mashinostroenii. 1999. №2. S. 42–47.
17. Muboyadzhyan S.A., Budinovskij S.A., Gayamov A.M., Smirnov A.A. Poluchenie keramicheskih teplozashhitnyh pokrytij dlya rabochih lopatok turbin aviacionnyh GTD magnetronnym metodom [Receiving ceramic heat-protective coatings for working blades of turbines of aviation GTD magnetronny method] // Aviacionnye materialy i tehnologii. 2012. №4. S. 3–8.
18. Budinovskij S.A., Muboyadzhyan S.A., Gayamov A.M. Sovremennoe sostoyanie i osnovnye tendencii razvitiya vysokotemperaturnyh teplozashhitnyh pokrytij dlya rabochih lopatok turbin aviacionnyh GTD [Current state and the main tendencies of development of high-temperature heat-protective coverings for working blades of turbines of aviation GTE] // Aviacionnaya promyshlennost. 2008. №4. S. 33–37.
19. Matveev P.V., Budinovskij S.A., Chubarov D.A. Tehnologiya polucheniya ionno-plazmennyh zharostojkih podsloev s povyshennym soderzhaniem alyuminiya dlya perspektivnyh TZP [Technology for production of ion-plasma heat-resistant bonding sub-layers with increased aluminum content for advanced TBCs] // Aviacionnye materialy i tehnologii. 2014. №S5. S. 56–60.
20. Budinovskij S.A., Chubarov D.A., Matveev P.V. Sovremennye sposoby naneseniya teplozashhitnyh pokrytij na lopatki gazoturbinnyh dvigatelej (obzor) [Modern methods for deposition of thermal barrier coatings on GTE turbine blades (review)] // Aviacionnye materialy i tehnologii. 2014. №S5. S. 38–44.
Вы можете оставить комментарий к статье. Для этого необходимо зарегистрироваться на сайте.